Телеканал Showtime показал первую серию документального сериала Оливера Стоуна, построенного на интервью с российским президентом Владимиром Путиным. За неделю до этого доступ к серии получили американские журналисты, которые подробно ее пересказали. Тем не менее в ней оказалось еще много цитат, которые показались «Медузе» интересными. Путин рассказывает, чего боялся при назначении премьер-министром, и рассуждает о ловушке, в которой оказались США.


Июль 2015 года

О распаде СССР и Михаиле Горбачеве

Горбачев понимал, что стране нужны перемены, но сейчас я могу с полной уверенностью сказать, что ни он, ни его окружение не понимали, какие перемены нужны и как их добиться. <…> Как поменять систему, но саму страну сохранить. Вот это никто, включая Горбачева, тогда не знал, и довели до распада страны.

<…>

Я часто слышал критику в свой адрес по поводу того, что я сожалею по поводу развала Советского Союза. Но, во-первых, самое главное заключается в том, что после развала Советского Союза 25 миллионов русских людей в одну ночь оказались за границей. И это реально одна из крупнейших катастроф XX века. Потому что люди жили в рамках одной страны, у них были родственные связи, работа, квартира. Они были все в равных правах, в одну секунду они оказались за границей. А в стране возникли сначала признаки, а потом и полномасштабная гражданская война.


О Борисе Ельцине

Я не считаю себя вправе давать какие-то серьезные оценки ни деятельности Горбачева, ни личности Ельцина. У него, как и у всех, были свои проблемы, но были и свои достоинства. Одно из них заключалось в том, что он никогда не уклонялся от личной ответственности. Он был в состоянии эту ответственность брать на себя. Но то, что вы сказали, чего греха таить, это тоже было.


О своем премьерстве и президентстве

Вы знаете, это такая любопытная история. Понимаете, я приехал из Ленинграда (из Петербурга) в Москву, и в общем и целом у меня здесь не было какой-то особой поддержки, каких-то особых мощных связей. В 1996 году я приехал, а 1 января 2000 года я стал исполняющим обязанности президента. Я не знаю, почему Ельцин остановил свой выбор именно на мне. Но когда Ельцин мне предложил в первый раз, я отказался.

Да, он прямо здесь, в соседнем кабинете, меня пригласил; сказал, что хотел бы назначить меня премьер-министром и хотел бы, чтобы я потом баллотировался в президенты. Я сказал, что это большая ответственность, это должно поменять всю жизнь мою и я не уверен, что я к этому готов. Одно дело быть просто чиновником, даже высокого ранга, — можно жить жизнью практически рядового человека: ходить в гости, ходить в кино, в театр свободно, общаться с друзьями и не нести такую персональную ответственность за все, что происходит в стране, за судьбы миллионов людей. А взять на себя ответственность за Россию в той ситуации — это очень непростое дело.

И откровенно говоря, я не знал тогда, какие планы в отношении меня у президента Ельцина, и я не знал, как долго я смогу это делать, потому что в любую секунду президент мог сказать: «Ты свободен». И я думал тогда только об одном: куда спрятать детей. Представьте себе, меня бы освободили от занимаемой должности. Охраны нет, ничего нет. И чего делать? Как жить? И как обеспечить безопасность семьи? Тогда я уже решил, что раз судьба так распорядилась, надо до конца идти. И я тогда не знал еще на сто процентов, что я буду президентом. Никаких гарантий по этому поводу никто не давал.


О приватизации и олигархах

Я не останавливал приватизацию. Я просто попытался придать ей более справедливый характер. Я сделал все, чтобы государственное имущество не уходило за бесценок. Мы прекратили действие схем, при которых была создана олигархия, при которых люди в одночасье становились миллиардерами. Это также вело к утрате контроля над некоторыми стратегическими отраслями или к их развалу. Поэтому моя задача заключалась не в том, чтобы остановить приватизацию, а чтобы придать ей более системный и справедливый характер.

<…>

Олигархи тоже разные. Им же было сказано: никто не посягает на их собственность. Наоборот, государство будет защищать собственность, даже если прежние законы были не очень справедливые. Но закон есть закон — это тоже одно из правил. Я представителям большого бизнеса сказал (это был откровенный, честный разговор): прежние схемы должны прекратить свое существование, а законы должны быть гораздо более справедливыми, бизнес должен нести большую социальную ответственность. И многие представители бизнеса, подавляющее большинство, вписались в эти правила. Они вполне их устроили. Вы знаете, кому это не понравилось? Это не понравилось тем, кто зарабатывает свои миллионы и миллиарды не благодаря своим талантам бизнесмена, а умению наладить отношения с властью. Вот этим не понравилось, но это единицы.


О своем втором сроке на посту премьер-министра и президенте Медведеве

Я работал много и в целом весьма успешно, но президентом России [в 2008–2012 годах] был другой человек, не я. И я знаю, как у нас в стране, как за рубежом это время оценивали. Должен вам сказать, что президент Медведев полностью и самостоятельно исполнял все свои обязанности. Президентом в стране может быть только один человек — тот, кто избран народом.


Февраль 2016 года

Об отношениях с США

Если мы будем говорить про администрацию Соединенных Штатов, то администрация, безусловно, воспринимает (особенно в последнее время) Россию как конкурента.

<…>

На мой взгляд, осознание [себя] единственной мировой державой, вбивание миллионам людей идеи об их исключительности, оно порождает такое имперское мышление в обществе, а это требует соответствующей внешней политики, которую общество ожидает. И руководство страны вынуждено действовать в такой логике. А на практике получается, что это не соответствует интересам народа Соединенных Штатов, как я себе это представляю. Потому что в конечном счете это приводит к сбоям и проблемам и показывает, что контролировать все все равно невозможно.

<…>

Когда США почувствовали себя во главе так называемого цивилизованного мира, а уже когда совсем распался Советский Союз, то возникла иллюзия, что теперь Соединенные Штаты могут все и за это им ничего не будет. А это всегда ловушка, потому что в этой ситуации и человек, и страна начинают допускать ошибки. Нет необходимости анализировать ситуацию, нет необходимости думать о последствиях. Страна начинает функционировать неэффективно. Одна ошибка наслаивается на другую. Вот в такую ловушку, мне кажется, попали Соединенные Штаты сегодня.


О НАТО

Я помню одну из наших последних встреч с президентом Клинтоном. И я в ходе дискуссии сказал: «Может быть, посмотреть такой вариант, что и Россия вступит в НАТО». Клинтон вдруг ответил: «Ну, а чего же, я не против». Но вся делегация американская очень занервничала. Почему занервничали наши партнеры? Если Россия присоединится, во-первых, у нее всегда будет свой голос, мы не позволим нами манипулировать. Но наши американские друзья даже мысли об этом не допускают.

Всего выйдет четыре серии сериала «Путин». На английском Showtime показывает их каждый день с 12 по 15 июня. На русском языке сериал будет выходить на Первом канале с 19 по 22 июня.

Всё самое свежее я теперь публикую в Телеграм-канале. Подписывайтесь! А чтобы не пропускать мои посты, подключитесь к Телеграм-боту. И не забывайте про Твиттер с Ютубом и ещё Инстаграм! 👍

shares